Человек, рассматривающий случаи жестокого обращения с детьми, семейной дисфункции и психопатологии, не может вникать во все подробности, но главные факты от него не спрячешь — за ними непременно стоят свидетели, люди, вольно или невольно вошедшие в контакт с потенциальными преступниками в момент душевного, психологического или эмоционального конфликта. Майкл Спарго и его семья не являются в данном случае исключением из правила.

Майкл — шестой из девяти сыновей, рожденных в семье. Против двух из пяти его старших братьев (Ричарда и Пита, на тот момент соответственно восемнадцати и пятнадцати лет), а также против их матери Сью городские власти неоднократно выдвигали обвинения в антисоциальном поведении, потому что они вечно ругались с соседями, беспокоили пенсионеров, пьянствовали и уничтожали общественную и частную собственность. Отца в доме не было. Донован Спарго покинул жену и детей за четыре года до знаменательного десятого дня рождения Майкла и укатил в Португалию с вдовой пятнадцатью годами старше его, оставив на кухонном столе прощальную записку и пять фунтов мелочью. С тех пор никто его не видел и не слышал. На суд над Майклом он не явился.

Сью Спарго, чьи способности к какой-либо работе были минимальными, а образование ущербным, поскольку она не сумела сдать ни одного экзамена за школьную программу, с готовностью подтвердила, что после того, как ее покинул муж, она начала «закладывать за воротник», а потому и перестала контролировать своих мальчиков. До ухода Донована Спарго семья вроде бы отличалась большей стабильностью (это показали и школьные учителя, и соседи, и местная полиция), когда же глава семейства отчалил, не видимые постороннему глазу семейные проблемы всплыли на поверхность.



5 из 655